7 странностей человека, который откопал Трою

Такие чудаки обычно пристают со своими идеями к прохожим, воспитывают кошек и умирают в одиночестве. Но Генрих Шлиман стал миллионером и самым успешным археологом-любителем в истории.

Редакция изучила биографию этого необычного и рассказал о странностях этого незаурядного человека, которые могли бы сделать его посмешищем… если бы он не нашёл-таки Трою.

Фото Генриха Шлимана из «Автобиографии» 1892 года.

На берегу Эгейского моря, неподалеку от входа в пролив Дарданеллы, стоял богатый город Троя. Правил им мудрый царь Приам. Примерно в 12 веке до нашей эры воинственные племена ахейцев напали на Трою. Осада длилась 10 лет. Город удалось захватить только благодаря хитрости Одиссея — воинов спрятали внутри деревянного коня, подаренного троянцам. Так события описываются в поэмах «Илиада» и «Одиссея» Гомера, древнейших произведениях греческой литературы.

Троя считалась выдумкой Гомера более 2500 лет, пока чокнутый миллионер Иоганн Людвиг Генрих Юлий Шлиман не взял «Илиаду», градусник, секундомер и не отправился искать затерянный город.

1. Не мог усидеть на месте

Всю жизнь Шлиман искал приключений. Родился он в 1822 году в Германии. С 14 лет начал работать в бакалейной лавке, в 18 переехал работать приказчиком в Амстердам. В 24 года Генрих Шлиман стал представителем голландской фирмы в Санкт-Петербурге, принял российское подданство и стал Андреем Аристовичем.

Когда в Калифорнии в 1850-х годах началась золотая лихорадка, Шлиман в числе первых поехал в США, открыл там банк и стал скупать золото у старателей. Это позволило ему сколотить капитал в $60 тысяч (более $1,5 миллионов на современные деньги).

Свое состояние немец умножил во много раз после возвращения в Россию, благодаря Крымской войне (1853—1856). Шлиман продавал Военному министерству синий краситель для мундиров, серу, селитру, свинец, олово, железо, порох, а еще — сапоги с картонной подошвой, протекающие фляги, гнилую сбрую. Много лет спустя, когда он захотел вернуться в Россию, император Александр II ответил: «Пусть приезжает, повесим!»

В 1858–1859-х предприниматель мотается по Италии, Египту, Палестине, Сирии, Турции и Греции. В 1864-м посетил Тунис, Египет, Индию, Яву, Китай и Японию. Он выучил французский, английский, немецкий, голландский, испанский, итальянский, новогреческий, арабский, русский, латынь и древнегреческий языки. В 1866-м обосновался в Париже и стал готовиться к поискам Трои.

Самая ранняя из сохранившихся фотографий Генриха Шлимана, примерно 1861 год.

2. Сменил гражданство, чтобы развестись и женился, чтобы копать

Первый раз Шлиман женился в России, но с Катериной Лыжиной отношения не складывались. Жена и мать троих детей не разделяла его главного увлечения — любви к древнегреческой истории и отказывалась сопровождать в путешествиях. На развод она не соглашалась. Шлиману пришлось бежать в США и запросить американское гражданство. Через три дня после его получения он подал иск о разводе в Индианаполисе, где было самое либеральное семейное законодательство.

Толком не развевшись с русской женой, Шлиман оповестил своих друзей-греков, что ищет новую жену: «типично греческого облика, черноволосую и, по возможности, красивую», пусть бедную, но с хорошим образованием и добрым сердцем.

Старый друг коммерсанта, митрополит Пелопонесский, свел его с двоюродной племянницей Софией Энгастроменос. Ей было 17 лет, Генриху — 47. Они стали мужем и женой.

Первая жена Шлимана Екатерина Лыжина.

Русская семья Шлимана. Вверху — жена Екатерина Лыжина и сын Сергей, внизу — дочки Наталья и Надежда.

София и Генрих Шлиман, свадьба в Афинах, 1869 год.

София Шлиман в «уборе Елены» из «клада Приама», 1874 год.

3. Бегал с секундомером по холмам

Шлиман мечтал найти древнюю Трою. В 44 года он бросил бизнес и записался на курс лекций по археологии, греческой мифологии и языку в университете Сорбонны. Образование не закончил и в 1870 году прибыл в Турцию на раскопки. Место ему подсказал британский консул в восточном Средиземноморье, археолог-любитель Фрэнк Калверт.

Под место расположения Трои по описанию Гомера подходили два холма: Бунарбаши и Гиссарлык. В «Илиаде» есть упоминания о горячем и холодном источниках вблизи города, как греки ходили купаться в море, «трижды обошли вокруг Приамовой крепости» и легко сбегали по склонам холма. Шлиман с градусником замерил температуру воды в ближайших родниках и с секундомером обошел холмы.

Бунарбаши не подходил под описание: холм находился в 13 километрах от моря, его нельзя было обойти из-за подступающей реки, он имел слишком крутые склоны и был слишком мал для размещения большого города.

Значит, Гиссарлык. Он рядом с морем, пологий, имеет площадь в 2,5 километра и два источника поблизости. Оба холодные, по пробам грунта Шлиман определил, что когда-то здесь иссяк горячий родник.

Равнина Троады. Вид с Гиссарлыка. По мнению Шлимана, на этом месте располагался лагерь Агамемнона.

Общий план археологических находок на холме Гиссарлык.

4. Уничтожил настоящую Трою

Шлиман нанял рабочих и велел им копать траншею на 15 метров вглубь Гиссарлыка. Через год они наткнулись на стены с остатками широких ворот и признаками пожара. В конце мая 1873 года научный мир потрясла сенсация — Шлиман нашел легендарный город. Доказательством стал «клад царя Приама»: 8833 золотых предмета, в том числе две диадемы с подвесками, кубок в виде ладьи, серьги, браслеты, вазы и еще пару тысяч предметов из серебра и слоновой кости.

Профессиональные ученые позже схватятся за голову. Гиссарлык прятал культурные слои 9 эпох. Новые города строились на развалинах прежних, Троя была седьмым по хронологии. Самоучка Шлиман докопался до второго, построенного за тысячу лет до описываемых Гомером событий, уничтожив верхние римские и эллинистические слои. «Клад Приама» принадлежит разным эпохам — это сборная солянка из найденного в процессе раскопок.

Фотография «клада Приама», сделанная в 1873 году.

5. ЧАСТО ОБМАНЫВАЛ

«Мой самый большой недостаток в том, что я хвастун и обманщик», — признавался Шлиман. Он рассказывал, что мечтать о Трое начал с момента, когда отец подарил ему книгу «Всемирная история для детей» с горящим городом на обложке. Позже признался, что купил книгу в лавке антиквара в Санкт-Петербурге. Выдумал, что попал в кораблекрушение по пути в Венесуэлу и был подобран у берегов Голландии. На самом деле, без приключений добрался до места назначения. Объявил себя свидетелем пожара в Сан-Франциско 1851 года, хотя бедствие случилось за месяц до прибытия Генриха в США. Выдумал встречу с президентом США Миллардом Филлмором и прием в Белом доме, где не бывал никогда.

Историю обнаружения сокровищ Трои Шлиман излагал не менее 6 раз, и каждый раз по-новому. Один из рассказов звучит так: жена София заметила в траншее полузасыпанное землей ожерелье и быстро прикрыла его длинной юбкой. Он в это время уговорил рабочих разойтись на обед, чтобы те не растащили клад. Правда в том, что София в то время была на похоронах отца.

Летние раскопки в Трое, 1890 год.

6. Был помешан на Гомере

Даже в повседневной жизни Шлимана присутствовал культ древнегреческого сказителя. После рождения сына он отнес младенца на крышу, подставил солнечным лучам, затем приложил к голове том Гомера и прочел вслух 100 любимых стихов. В честь героев «Илиады» он назвал сына Агамемноном, а дочь – Андромахой. Слуг тоже переименовал в честь героев греческой мифологии Навсикаи, Беллерофонта и Теламона. С детьми немец разговаривал на древнегреческом языке.

На старости лет он построил себе большой дом в Афинах. Обставленный в античном стиле дом на 25 комнат получил название «Илионский дворец». Мягкой мебели, ковров, занавесок не было – поскольку их не было в эпоху «Илиады». На полу и стенах были выложены мозаики в помпейском стиле, над дверями и проходами красовались цитаты Гомера. Гостям подавалось скромное «древнегреческое меню».

Агамемнон Шлиман, сын Генриха Шлимана, 1915 год.

«Илионский дворец», 1896 год.

7. Всю жизнь писал свою автобиографию

Генрих Шлиман стал рано готовиться к будущей славе. С 20 лет он формировал собственный архив, сохраняя все документы, записки и письма (а иногда писал их по 20 в день). Часть архива утрачена, и все-таки он насчитывает 60 тысяч писем в 106 ящиках, 13 томов записок, 10 ящиков различных документов, 38 бухгалтерских книг, 18 дневниковых книг, 5 ящиков газетных вырезок.

По мнению автора книги «Золото Шлимана» Филиппа Ванденберга, тот был «человеком ранимым, вечно пекущимся о своей репутации, по крупицам создававшим себе биографию исследователя», а потому 99% его писем написаны с оглядкой на будущую публикацию. С этим согласны и другие исследователи.

Источник: izbrannoe.com

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями на Facebook: